Светские беседы

Время или деньги?

О ПРОБЛЕМЕ НЕДОСТАТКА СВОБОДНОГО ВРЕМЕНИ РАССУЖДАЮТ ЭКОНОМИСТ ВАЛЕРИЙ ТУРУЛО И ЮРИСТ АЛЕКСАНДР ТАТАРИНОВ

Время – одна, пожалуй, из самых величайших ценностей человека. Однако весь ли его объем безраздельно принадлежит «законному владельцу»? Едва ли. Какую-то часть своего времени мы неизбежно вынуждены продавать. Это время называется рабочим. И хотя к сегодняшнему дню требование восьми часов на работу, восьми часов на отдых и восьми часов на сон давно признано хрестоматийным, стало ли оно от этого менее актуальным?

Об этом мы беседуем с преподавателями Московской финансово-юридической академии Валерием Туруло и Александром Татариновым.

Антон Касков: Валерий Николаевич, Александр Алексеевич, полагаю, всем нам прекрасно известно, что мало у кого в нашей стране рабочий день ограничивается восьмью часами. Обычно он длиннее. Находите ли вы такую ситуацию нормальной? 

Валерий Туруло: Такая ситуация не может быть нормальной. И суть ее не в том, что, согласно обоснованным биологическим нормам, на восстановительный период человека уходит две трети суточного времен, и не в частных нарушениях законодательства. И даже не в противоречии между работодателем и наемным работником, а значительно глубже – в противоречии между умственным и физическим трудом. За работником остается именно физическая составляющая труда – ряд механических действий, – тогда как интеллектуальную, творческую составляющую, как правило, монополизирует работодатель. Поэтому вопрос о рабочем времени – это вопрос не экономический, а, скорее, философский. И он будет разрешен лишь тогда, когда человек будет выполнять работу не на принудительной основе, а на основе собственного желания. Тогда вслед за интеллектуальной составляющей труда появится и чувственная: я не только знаю, как это делать, я хочу получить удовлетворение, от того, что я делаю.

Александр Татаринов: Отношения между работником и работодателем изначально противоречивы, поскольку работодатель заинтересован в том, чтобы работник работал как можно больше, а работник, напротив, – в том, чтобы работать как можно меньше. Причем, отнюдь не всегда из эгоистических устремлений или врожденной лени, а из инстинкта физического самосохранения. Устранить это противоречие невозможно, его можно только ввести в рамки компромисса. И здесь большое значение имеет право и какие-то социальные регуляторы.

У нас сложилось так, что слово «эксплуатация» носит негативный оттенок, но пока существует необходимость в наемной рабочей силе, эксплуатация как явление будет неизбежна, что при капитализме, что при социализме... Поэтому вопрос не в том, что эксплуатация – это плохо, а в том, что она неизбежна и должна только быть введена в нормальные рамки. Кстати, то, что человек должен работать 8 часов в день, российскими правовыми нормами не установлено, в них говорится о 40 часах в неделю, а тот труд, который выходит за эти пределы, должен восприниматься как исключение и компенсироваться в повышенном размере, поскольку подразумевает повышенные затраты человеческого организма.

Валерий Туруло: Здесь хотелось бы уточнить, что само понятие «эксплуатация» – подразумевает не прямые затраты физического труда, а перераспределение конечного продукта в зависимости от доли затрат. И выражается она не в том, сколько физического труда затратил работник, а в том, насколько ему компенсировали его труд в доле конечного результата. Например, тяжелый физический труд рабочего могут автоматизировать, и рабочий будет затрачивать меньше сил, а производить больше, но если при этом его доля конечного продукта останется прежней, то степень эксплуатации возрастет.

Антон Касков: Как сказал Александр Алексеевич, стремление снизить трудовую нагрузку является естественным стремлением работника. Сложно не согласиться. Однако мы то и дело видим нечто противоположное: работник сам на себя берет дополнительную нагрузку и в собственное свободное время решает рабочие вопросы. Причем не только в нашей стране. У японцев это вообще доведено до предела.

Валерий Туруло: Если мы рассмотрим пример Японии, то увидим, что там работник имеет совсем иной подход к своему труду. Японский рабочий абсолютно четко понимает, что степень его эксплуатации довольно высока. Скажем, средний показатель продолжительности отпуска в Японии составляет семь дней. Но увеличения продолжительности отпуска никто не требует. А почему? Потому что японский работник рассматривает свою компенсацию не с точки зрения затраченного труда, а с точки зрения конечного результата. То есть он будет иметь гарантированную компенсацию своего труда, только если создаст конечный результат. Говоря проще, он ходит на работу не деньги зарабатывать, а создавать натурально-вещественный результат, который потом можно будет делить и который приобретет свою стоимость. А если результата нет, то и делить нечего. Японцы мотивированы на конечный результат, поэтому они остаются на работе в свое свободное время и продолжают добросовестно трудиться.

В Японии также существуют и иные, чем у нас, отношения между работодателем и работником. Там и тот, и другой выступают как единые партнеры в цели получения результата, дополняя друг друга, как две стороны одной медали. Отчасти такие отношения выражаются и в системе компенсаций и гарантий по выходе работника на пенсию. Эта система очень широка – от обеспечения жильем до всеобщего почета и уважения.

Александр Татаринов: Причины того, что человек остается на работе после окончания рабочего дня могут быть разными. И даже если мы остановимся исключительно на таком аспекте, как ментальность, то увидим, что в Японии она одна, в странах Европы и в США другая, а у нас совсем иная. Не следует забывать, что труд в России никогда не был свободным. И элементы такого отношения к труду сохраняются до сих пор: раз ты работаешь, то попадаешь чуть ли не в полную личную зависимость от работодателя.

Другой вопрос, почему сам работник не ценит свое свободное время? В России, скорее всего, потому, что у большинства наших граждан одна задача – заработать на жизнь. Человеку не до размышлений о своем рабочем и свободном времени.

Любопытно, что на Западе работники давно уже отдают приоритет не деньгам. Там уровень оплаты – вопрос решенный. Если работаешь, ты обеспечен. Приоритет на Западе сейчас принадлежит свободному времени. Люди не хотят перерабатывать и всячески борются за сокращение рабочего дня, причем они готовы даже идти на определенное сокращение заработной платы. Это уже иная система ценностей. Ну а у нас на первый план выходят вопросы выживания. Человек готов работать и работать, особенно человек молодой, еще не имеющий чувства самосохранения. Такой работник легко втягивается в круг установок, подразумевающих, что он теперь часть одной команды и должен, стремясь к общей цели, работать, не считаясь ни с чем.

Валерий Туруло: Я не один раз бывал в Соединенных Штатах Америки и наблюдал, что там действительно существует другая модель отношений между работодателем и наемной рабочей силой, чем в Японии, и суть ее заключается в достаточно жесткой регламентации собственно отношений. Но есть там и некие показатели, которые периодически повышаются, и если человек не будет заниматься своим образованием, не будет предоставлять соответствующие документы, то его просто уволят как отвечающего необходимому уровню квалификации. Поэтому люди оказываются перед необходимостью тратить свое свободное время на профессиональное самосовершенствование – на учебу в учебных заведениях, на посещение специальных курсов.

Александр Татаринов: Хочу дополнить, что сплоченность команды, корпоративная культура – сами по себе идеи прогрессивные, нужные. Но наше российское сообщество предпринимателей, заимствуя эти идеи у Запада, не заимствует вместе с ними и правовую культуру. Более того, никто особо и не хочет ее заимствовать или развивать. Поэтому трудовые договоры у нас часто носят формальный характер, ничего в них строго не прописывается и не закрепляется.

Антон Касков: Однако проблема увеличения рабочего времени за счет свободного отнюдь не является атрибутом исключительно частных капиталистических предприятий. По личному опыту знаю, что в сфере госслужбы, а именно в правоохранительных органах, такой подход преподносится чуть ли не как единственно возможный.

Александр Татаринов: Что касается правоохранительных органов, то мне довелось около 30 лет проработать в этой системе, и я ее знаю. По моему мнению, существующее в нашей милиции положение в сфере трудового права не выдерживает никакой критики. Более того, я считаю, что противоправное поведение милиционеров по отношению к гражданам закладывается их начальниками, которые не чтут права своих подчиненных. Да, милицейское руководство признает законом уголовное и уголовно-процессуальное право, тогда как трудовое право его редко интересует. Однако если признавать верховенство права, то это следует делать не избирательно, а во всем. В том числе и в отношениях с подчиненными сотрудниками. Ну а что мы видим? В милиции, если работаешь, не считаясь с личным временем, то ты уже на хорошем счету, независимо от результатов работы.

Валерий Туруло: Когда люди завалены делами сверх всякой меры – это та степень даже не эксплуатации, а просто безобразия, когда человек не живет трудовым процессом, а лишь формально выполняет свои обязанности. Каким при этом может быть качество его трудовой деятельности, нетрудно догадаться.

Моя же философия заключается в том, что человек на работе должен чувствовать себя как дома, а дома – как на работе. То есть трудовая деятельность человека – это непрерывный процесс, включающий не только профессиональное, но и личностное развитие. Это должен быть естественный процесс. Человек должен любить свою работу и относиться к ней с уважением. Неважно, какая это работа – дворника или инженера, преподавателя или уборщицы – любовь к своей работе дает еще и чувственную составляющую трудового процесса…Она-то у многих как раз и отсутствует. А ведь именно без нее человек на работе находится в состоянии постоянного принуждения.

Антон Касков: Что бы, на ваш взгляд, могло бы решить проблему?

Валерий Туруло: Я придерживаюсь того принципа, что если ты не занимаешься политикой, политика начинает заниматься тобой, так что когда мы стремимся ограничиться каким-то формально определенным объемом работы, мы сами загоняем себя в ситуацию, когда перестаем критически осмысливать организацию нашего трудового процесса. В итоге мы даже не замечаем, как на нас начинают возлагаться дополнительные распоряжения и указания, которые мы как подчиненные обязаны выполнять.

Как этому противостоять? В рамках капиталистического общества выходом могло бы стать объединение людей в союзы по профессиональному признаку, развитие правовой базы.

Александр Татаринов: Мне не видится легких и быстрых путей, которые бы позволили эту ситуацию как-то кардинально изменить. Потому что речь идет о ментальности. А попробуй сломай ее! Да и развитие правовой культуры – это длительный процесс.

Отчасти путем выхода могла бы стать более жесткая регламентация отношений между работником и работодателем, но она неизбежно повлечет за собой необходимость усиления контроля, а усиление контроля, в свою очередь, – дополнительных затрат. Однако некоторые положительные результаты могло бы дать общественное мнение, если средства массовой информации зададутся целью освещать перерабатывание как явление социально опасное. Ведь это только одна составляющая проблемы – необходимость проводить большую часть времени на работе, находясь, как правило, под сильным психологическим прессом со стороны работодателя, которого совершенно не интересуют твои права. Другая составляющая заключается в том, что весь полученный на работе негатив человек переносит в семью. И в результате своим легковесным отношением к свободному времени мы разрушаем наше будущее.

Разумеется, проблему ценностных приоритетов – что дороже, работа или семья, – каждый решал и будет решать сам, как бы жестко ни была регламентирована сфера трудовых отношений. И касается это не только наемных работников, но и самих работодателей, которым часто, если и приходится кого-то эксплуатировать, то прежде всего самих себя. 

Автор: Антон Касков

Фото Татьяны Южаниной

Нравится

Большой вопрос

narodnyj-kostyum-ujdet-i-ladno«Возрождение национальных традиций», «крепнущее самосознание русского народа» – всё чаще и чаще звучат...

События

mikhail-nesterov-v-lyubimom-formateКАМЕРНАЯ ВЫСТАВКА ПРОИЗВЕДЕНИЙ ВЕЛИКОГО РУССКОГО ЖИВОПИСЦА ПРОДОЛЖАЕТСЯ В МУЗЕЕ ИМЕНИ...

От первого лица

proniknut-v-glubinu-smeshnogoПИСАТЕЛЬ ЮРИЙ ПОЛЯКОВ О КРИЗИСЕ СОВРЕМЕННОЙ САТИРЫ  3 сентября в Доме-музее Михаила Евграфовича...

СКОРО

Карта странствий

avstraliya-nenadolgo-poteryatsya-v-busheАвстралия – удивительная, очень далекая от нас страна, занимающая целый континент. Немногим россиянам...

Тур выходного дня

v-kilmez-progulyatsya-po-sovetskojПоехать в Кильмезь хотелось уже давно – уж очень красочно рассказывали о фестивале «Вятский лапоть»...

Событие в картинках

 

 

TOP

Информационный портал © «Культурная среда», 2013. Все права на материалы, опубликованные на сайте, защищены российским и международным законодательством об авторском праве и смежных правах. При использовании любых материалов, размещенных на сайте «Культурная среда», ссылка на сайт обязательна. Возрастное ограничение 12+.

Яндекс.Метрика